Видение благовещенского протопопа Терентия

«ВИДЕНИЕ НЕКОЕМУ МУЖУ ДУХОВНОМУ»
БЛАГОВЕЩЕНСКОГО ПРОТОПОПА ТЕРЕНТИЯ
Некоему духовному мужу явилось во сне вот такое видение. И этот человек рассказал о том видении Благовещенскому протопопу Терентию, и с его слов Терентий записал его рассказ, и запись эту отдал патриарху, да и царю поведал. А имени того человека, кому то видение привиделось, не сообщил ни царю, ни патриарху. Тот, мол-де, именем Божиим клятву с него взял, не велел про себя сказывать. И видение это читали по царскому повелению в соборе Пречистой Богородицы вслух всему народу. А собралось там народу великое множество. И потому установили в царстве время поста, великого и малого, в 1606 году с 14 числа октября, с понедельника, по 19 день октября же, до воскресенья, и по всем храмам пели молебны и Богу молились за царя и за все православное христианство, чтобы Господь Бог отвел от нас праведный гнев свой, остановил междоусобную брань, установил мир и спокойствие во всех городах и концах Московского государства навечно. Аминь.
«Благочестивому царскому синклиту и христолюбивому воинству, и всем православным христианам русского народа. Послушайте повесть сию дивную и весьма полезную о Божией милости к нам, грешным, к нынешнему лукавому и непокорному народу, уклонившемуся от милосердия Божьего, забывшему его святые заповеди, попавшему в многообразные дьявольские сети.
Рассказал < это> мне, грешному, некий святой муж, имя которого Бог знает. Когда я долго умолял этого святого о духовном наставлении и (сокрушался) о нынешних невыносимых бедах, постигших нас, он выслушал мои смиренные просьбы к нему и рассказал мне подробно обо всем, о чем я его спрашивал. И к этому добавил мне, грешному: „Видел я, – сказал он, – чудесное видение, страхом преисполненное. Однажды ночью я молился Господу Богу и Спасу нашему Иисусу Христу и Пречистой его Матери, Заступнице нашей Богородице Марии, о мире для всего мира и о теперешних лютых несчастьях, постигших нас; молился о том, чтобы Господь Бог отвратил < от нас> праведный гнев свой и ниспослал бы милость свою на людей своих. И после молитвы, около полуночи, когда я возлег на постель свою и едва только начал засыпать, – и вот вдруг внезапно слышится мне сильный звон, будто звонят в тот большой колокол, который вылит был при царе Борисе по его повелению. И очень удивился я во сне том этому громкому звону. И мысленно спросил себя: «Что это за сильный звон, ведь теперь нет праздника?» И, немного приоткрыв оконце, я увидел, что светло, как днем, и очень удивился, вопрошая: «Когда ночь прошла, ведь я так мало спал?» И тут увидел человека знакомого, идущего ко мне. И спросил его: «Брат, что это за звон сильный?» Он же ответил мне: «Иди скорее, господин мой, в святую и апостольскую церковь Божией Матери, честного и славного ее Успения. Там ты увидишь предивное видение».
Я же, грешный, быстро поднялся и пошел по улицам к церкви Божией Матери, а сам думал: «Отчего это дорога эта ровная, ведь нынче осень и много дождей пролилось на землю, а сейчас дорога суха?» И когда подошел я близко к той святой великой церкви, увидел ее окруженную неизреченным светом. И долго стоял, дивясь этому необъяснимому видению. И появился передо мной тот знакомый муж, и сказал мне: «Пойди, господин мой, к западным дверям от патриаршего двора, и там ты увидишь чудесное видение». Я же отправился туда, и подошел к вратам церковным, и поклонился до земли. И поднялся я с земли, и увидел раскрытые церковные двери и Господа моего, сидящего на престоле, окруженного ангелами, и Пречистую Богородицу, Надежду нашу и Заступницу, стоящую справа от престола, а Предтечу Крестителя Иоанна – слева. И < увидел> сонмы святых, пророков, и апостолов, и мучеников, и святителей, и преподобных, и праведников – тех многих святых, которых и я, недостойный, знал, видя их святые изображения. И увидел, что Святая Богородица молилась Сыну своему и Богу нашему, и кланялась она < ему> до земли.
Я же, недостойный, от этого полного ужаса видения пребывал в большом страхе и трепете и, приникнув к одной стороне церковных дверей, смотрел на это страшное видение. И услышал я умиленный голос Пречистой Богородицы, говорящей сыну своему: «О Сын мой, прими же молитву матери твоей, пощади людей своих, познавших тебя, истинного Бога, и меня, матерь твою. Сын мой вселюбимый, многие из тех, кто не шел по твоему пути и не исполнял волю твою, нынче вспоминают свои грехи и хотят принести покаяние. Отврати от них свой праведный гнев и помилуй их по великой милости своей».
И вот услышал я голос тот сладостный Владыки и Бога моего, своей Матери отвечающего: «О мать моя вселюбимая, по молитвам твоим уже много раз отвожу я праведный гнев свой от них. Но очень досаждают они мне злобою и лживостью своей. Потому что и церковь мою они осквернили своим пустым злословием, и меня оскорбляют; переняв от скверных народов их мерзкие обычаи и нравы, бороды свои остригают и содомские дела творят, и неправедный суд судят, попирают правых и грабят чужое имущество, и многие другие скверные дела совершают, которые ненавидит Дух мой Святой». Надежда же наша Пречистая Богородица, приклонившись к пречистым ногам его, слезы испуская, отвечала ему; вместе с нею и Предтеча поклонился, и все святые с ними: «Помилуй, Владыко, род христианский, чтобы, быть может, опомнились и оставили злобу свою и покаялись, и не стали бы больше всего того совершать, ведь ты, Владыко милостивый, принимаешь кающихся». И взглянул тогда Господь на Мать свою милостивым оком, и на Предтечу, и на всех святых, и испустил голос свой сладостный: «О мать моя, не досаждай мне, и ты, друг мой, Иоанн Креститель, и все мои святые! Не говорил ли я вам, что нет истины ни у царя, ни у патриарха, ни у всего священнического чина, ни во всем моем народе Нового Израиля? Ибо не следуют они заветам моим и заповедей моих не соблюдают. Многажды хотел я помиловать их, о мать моя, ради молитв твоих, но раздражают они душу мою щедрейшую своими окаянными и постыдными делами. И поэтому, мать моя, уйди отсюда, и все святые с тобою. Я же отдам их кровопийцам и немилостивым разбойникам, пусть малодушные получат урок, придут в чувство, а тогда – пощажу их».
И еще говорила Мать его, госпожа наша Пречистая Богородица: «Неужели ты отверг просьбу матери своей, о сын мой прекрасный, свет мой?» Премилостивый Господь ответил ей тогда тихим голосом: «Ради тебя, мать моя, пощажу их, если покаются. Если же не покаются, то не будет у меня милосердия к ним».
Тогда вдруг один из стоявших тут подошел и сказал мне: «Слышишь ли, раб Божий, милость Господнюю и Матери его, нашей Царицы, просьбы и молитвы за весь народ христианский? Иди же и поведай, угодник Христов, о том, что видел и слышал, а кому – сам знаешь, и ничего не утаи из этого». Я же, окаянный, вострепетал от ужасного и страшного того видения и, еле придя в себя, проснулся на постели, лежа и дрожа, не в состоянии сказать ни слова. И тебе об этом рассказываю пользы ради, чтоб ты рассказал царю же, и патриарху, и всем людям то, что ты слышал от меня, недостойного. И именем Бога заклинаю тебя, не называй моего имени никому, покуда не будет мне < на то> Божьей воли”».